Юрась Бачышча
Изучение белорусского католического движения начала XX столетия было начато ещё самими его участниками. Первые научные работы о нём выходят из-под пера активного борца за белорусскость костёла, председателя белорусского кружка в Виленской католической семинарии, одного из организаторов Съезда белорусского духовенства в Минске в 1917 году – отца Адама Станкевича. Большинство его произведений увидело свет уже после Октябрьской революции и, конечно, вызвало возмущение партийных органов, которыми он был впоследствии репрессирован. Во время советской власти подлинная история церкви была скрыта за идеологической ширмой, а в нескольких напечатанных агитационных брошюрах преобладал атеистический антицерковный уклон. Подлинная история церкви писалась в это время в эмиграции. Большой интерес представляют статьи отца Льва Горошки, которые печатались в журнале «Божьим путём», издававшемся в Лондоне. Там мы находим сведения не только по истории церкви в Беларуси, но и об отдельных христианских деятелях. Эти материалы легли в основу более поздних публикаций Ю. Горбинского «Белорусские религиозные деятели XX столетия» и нескольких статей Я. Третяка. Последним, кстати, был систематизирован материал по белорусскому католическому движению и написана основательная диссертация «Культурно-просветительская деятельность белорусских католических священников (нач. XX ст. – 1939 г.)». Кроме упомянутых работ, история церкви в последние годы исследовалась В.В. Григорьевой, У.И. Навицким, отцом У. Завальнюком, У. Конаном и др. Эти произведения оживили наше духовное наследие, подняли из небытия историю церкви в Беларуси и вернули народу его героев, боровшихся за национальное возрождение в тяжёлые времена господства российского царизма. Перед нами предстали в новом свете фигуры профессора католической духовной академии Б. Эпимах-Шипилы, священников Ф. Абрантовича, Ф. Будзьки, В. Годлевского, А. Станкевича и других.
Автора статьи поразило то, что даже в энциклопедиях, изданных в советское время, большинство из этих фамилий отсутствуют. Недостаточно напечатано об этих выдающихся личностях и сейчас. К сожалению, большинство сведений о них мы находим в польской, а не отечественной печати. Поэтому в своей статье автор решил познакомить читателя с жизнью и деятельностью одного из пионеров белорусского католического возрождения, многолетнего администратора[1] Могилёвской архидиоцезии епископа-суфрагана Степана (Стефана) Данисевича.
В 1836 году, накануне упразднения униатской церкви в Беларуси, в небогатой белорусской шляхетской семье из Черейского прихода Могилёвской губернии родился сын. В то время, наверное, никто не знал, какая судьба уготована этому мальчику, но через несколько десятков лет о нём узнали не только в Беларуси, но и в России, Польше, Ватикане. Однако этому предшествовали долгие годы духовного развития. В 1856 году юноша становится учеником Минской духовной семинарии, по окончании которой в 1859 году был направлен как один из лучших продолжать учёбу в Духовной академии в Петербурге. По окончании академии с учёной степенью магистра теологии в 1863 году, 16 апреля того же года он был рукоположен в капелланы и на протяжении трёх месяцев работал законоучителем в Орше, а позже в Могилёве.[2] Но, как писал белорусский ксёндз Францишек Будзька, «недолго тут побыл, потому что на следующий год остро выступил против обучения религии по-русски и сам отказался от капелланства».[3]
Дальнейшая судьба приводит его в город Смоленск, который становится местом активной деятельности священника на посту местного настоятеля вплоть до 1872 года. Именно благодаря его усилиям в городе был построен каменный костёл, основан приют для бедных детей, а его благотворительная деятельность надолго осталась в сердце прихожан. После недолгого пребывания в Могилёве, прослужив на протяжении трёх лет могилёвским деканом, отец Данисевич снова возвращается в Смоленск к пастырской деятельности. С 1891 года он исполнял обязанности климовичско-мстиславского декана, откуда в 1895 году был приглашён архиепископом Козловским в Петербург на должность асессора[4] в духовную римско-католическую консисторию.[5] Ценя большие заслуги смоленского настоятеля, архиепископ назначает его каноником[6] в могилёвский капитул[7], где он остаётся и при управлении могилёвских митрополитов Карла Недзялковского и Болеслава Клапатовского. После смерти последнего, с 17 февраля 1903 года прелат[8] Данисевич был избран капитулом временным администратором Могилёвской архидиоцезии до избрания нового архиепископа Юрия Шембека 9 мая 1904 года.[9] При управлении митрополита Шембека Степан Данисевич получил должность протонотариуса апостольского, а после смерти руководителя архидиоцезии снова был избран администратором митрополии, которую возглавлял с 30 июля 1905 по 23 ноября 1908 года. Это было время частичного возрождения католической церкви, зарождения белорусского католического национального направления, и ко всему этому имел отношение прелат Данисевич. Воспользовавшись Указом о веротерпимости от 17 октября 1905 года, тысячи бывших униатов, принудительно причисленных к православной церкви, не спрашивая согласия правительства, переходят в католичество. Данисевич всячески стремится помочь им, добиваясь от правительства признать этот переход законным и упростить чрезвычайно сложные правила перехода. Способствуя расширению числа верующих костёла, он обращается в Рим с предложением ввести в костёл и русский язык наряду с польским, который понимали не все прихожане, на что из Апостольской столицы пришёл положительный ответ. Упомянутый выше указ о веротерпимости отменил также запрет печатать по-белорусски латиницей, что сразу было замечено деятелями белорусского возрождения. Будучи патриотом своего родного края и хорошо зная, какой вред приносит костёлу и белорусскому народу использование в святынях Беларуси чужого польского языка, администратор Могилёвской архидиоцезии прелат Данисевич издаёт в 1906 году в Петербурге «Элементар для добрых деток католиков», написанный на белорусском языке.[10] «Много было после на него за это нападок от тех, которым вера нужна только для распространения своей народности, но он не обращал на это внимания, потому что твёрдо был убеждён, что белорусский язык нисколько не повредит католическому делу, а будет весьма полезен для лучшего познания белорусом своей веры. Ради этого поощрял писать и издавать религиозные книжки по-белорусски и сам даже некоторые из них цензурировал перед выдачей апробаты» – вспоминал о. Ф. Будзька.[11]
Очень заботился прелат Данисевич и о воспитании католической молодёжи. Под влиянием Данисевича и Б. Эпимах-Шипилы в первом десятилетии XX столетия расширялось белорусское католическое движение. Благодаря им в Духовной католической семинарии в Петербурге был создан белорусский кружок, который объединил белорусов-клириков и дал целый ряд выдающихся деятелей белорусского возрождения.[12] Прелат Данисевич был лично знаком со многими белорусскими католическими священниками и всегда стремился помогать им в их благотворительной культурно-просветительской деятельности. Именно близкие приятельские отношения его с ксёндзом Францишеком Будзькой помогли последнему получить священническое удостоверение, так как польское католическое руководство не желало рукополагать клирика, опасаясь его белорусскости. В 1907 году Данисевич добивался разрешения открыть на территории диоцезии элементарные католические школы при приходах, с преподаванием предметов на местных языках наряду с польским по желанию родителей. Однако царское правительство не согласилось на такие радикальные изменения, опасаясь усиления польского влияния на белорусское население и оттока учеников из государственных российских школ.[13]
12 июня 1908 года по желанию Папы Пия X прелат Данисевич получил почётный титул епископа клавдиаполитанского из рук нового Могилёвского архиепископа Унуковского. После смерти последнего епископ-суфраган[14] Степан Данисевич 29 мая 1909 года в третий раз становится администратором митрополии. Все свои добрые начинания он делал, руководствуясь своей собственной совестью, всегда имел целью принести как можно больше плодов своему народу, и в этом ему ничто не могло помешать. С каждым годом он всё решительнее отстаивал права костёла перед руководством империи, за что не всегда был в милости высшей государственной власти. Встретив в архиве переписку Данисевича с могилёвским губернатором Эрдели по поводу открытия Городищенского костёла, невольно удивляешься его смелой полемике с губернской властью. 18 ноября 1909 года без ведома губернатора, но с разрешения управляющего Могилёвской римско-католической архиепархией епископа Данисевича, ксёндзом Ивановским был открыт и освящён костёл в деревне Городище Пинского уезда. Могилёвский губернатор прислал к епископу письмо с требованием разобраться с поступком ксёндза Ивановского и не допускать дальнейшего богослужения в костёле, на что Данисевич ответил, подчёркивая независимость костёла: «Не только по законам Каноническим, но и по законам Государственным, как закрытие костёлов для богослужения, так и восстановление таковых относится к духовной власти, а светской власти предоставлялось это лишь в исключительных случаях, и то не иначе как путём законодательным… Закрытие костёла могло последовать со стороны католического Епископа не иначе, как в случаях, предусмотренных в Канонических Законах, чего в данном деле не имеется. В виду этого я, как Католический Епископ, распоряжения о недопущении богослужения в Городищенском костёле дать не могу…»[15] При этом Данисевич не боялся по-своему толковать указы и распоряжения царского правительства, ссылаясь на них.
Во время своего последнего руководства архидиоцезией в 1910 году епископ Степан Данисевич полностью объезжает с визитацией могилёвский и смоленский край, где, встречаясь с местным населением, «не только ксёндзам приказывал говорить проповеди по-белорусски, но также и сам их говорил».[16] 10 мая 1910 года его сменил на посту руководителя митрополии новый архиепископ Ключинский, которому Данисевич долго ещё помогал управлять архидиоцезией, пока новая волна реакции не достигла и его. Царскому правительству не нравились отношения епископа к костёлу, права которого он оценивал выше государственных, и то, что в своих действиях он руководствовался своей собственной совестью, а не милостью или немилостью царской. Припомнили ему многочисленные нарушения распоряжений гражданской власти во время руководства митрополией, и 7 апреля 1911 года царским указом Данисевич был лишён всех пенсий и официальных должностей.[17] Позднее, благодаря усилиям Ключинского, ему была возвращена должность прелата в капитуле и скромная пенсия. Однако преследование властями и старость оставили свой отпечаток на здоровье прелата, и весной 1912 года он возвращается в Смоленск, где когда-то начинал свою священническую деятельность и где была похоронена любимая мать. «Недолго Смоленск радовался епископу, потому что заболел раком и простился с этим светом 3 декабря 1913 года. Несколько раз за недолгую болезнь был на исповеди и принял Таинство Последнего Помазания. Со слезами прощались прихожане со своим пастырем, а больше всего растрогали дети из приюта, которые венком окружали гроб своего опекуна и благодетеля. Похоронили его рядом с матерью на смоленских при костёле могилках…»[18]
Хотелось бы, чтобы память о святом отце Степане Данисевиче сохранилась не только на портрете в Смоленском костёле и скромной статье энциклопедии истории Беларуси[19], но и в сердцах белорусского народа.
Источник: Бачышча Ю.А. Жыццё і дзейнасць адміністратара Магілёўскай архідыяцэзіі Сцяпана Данісевіча // Весці БДПУ. 2003. №1 (35). С. 219-224
[1] Администратор – временный руководитель митрополии, избираемый капитулом после смерти или смещения прежнего архиепископа и управляющий церковью до избрания нового архиепископа (митрополита).
[2] Falkowski Cz. Denisewicz Stefan.// Polski Słownik Biograficzny. Krakow. 1939 -1946. T. V. C. 120.
[3] Будзька П. Сьв. П. Біскуп Стэфан Данісевіч.// Беларускія рэлігійныя дзеячы ХХст. Мн. 1999. С. 307.
[4] Асессор – духовное лицо в католической церкви, входящее в состав коллегиального органа руководства епархией.
[5] Falkowski Cz. Denisewicz Stefan.// Polski Słownik Biograficzny. Krakow. 1939 -1946. T. V. C. 120.
[6] Каноник – почётное звание священника епархиального кафедрального собора, который одновременно является членом капитула.
[7] Капитул – высший духовный совет, помогающий епископу осуществлять руководство епархией.
[8] Прелат – почётное звание лиц, занимающих высшие должности в иерархии католической церкви.
[9] Wasilewski J. Arcybiskupi i Administratorowie Archidyjacezii Mahileŭskaj. Pinsk. 1930. C. 191.
[10] Stankiewicz A. Rodnaja mowa u światyniach. Wilnia. 1929. С. 74.
[11] Будзька П. Сьв. П. Біскуп Стэфан Данісевіч.// Беларускія рэлігійныя дзеячы ХХст. Мн. 1999. С. 308.
[12] Stankewicz A. Bielaruski chryscijanski ruch: histaryczny narys. Vilnia. 1939. С. 40.
[13] Falkowski Cz. Denisewicz Stefan.// Polski Słownik Biograficzny. Krakow. 1939 -1946. T. V. C. 120.
[14] Епископ-суфраган – заместитель епископа, помогающий последнему проводить богослужения, а также выполняющий функции главы епархии во время его отсутствия.
[15] НГАБ. Ф. 295 Воп. 1 Адз. з. 7680 Арк. 56 адв.
[16] Stankiewicz A. Rodnaja mowa u światyniach. Wilnia. 1929. С. 75.
[17] Wasilewski J. Arcybiskupi i Administratorowie Archidyjacezii Mahileŭskaj. Pinsk. 1930. C. 155.
[18] Будзька П. Сьв. П. Біскуп Стэфан Данісевіч.// Беларускія рэлігійныя дзеячы ХХст. Мн. 1999. С. 308.
[19] Ліс А. Данісевіч Сцяпан.// ЭГБ. Мн. 1996. Т. 3. С. 206.