Великое Княжество Литовское, существовавшее с середины XIII до конца XVIII века, объединило в своих границах все белорусские земли, за исключением белорусской части Тверского княжества. Начиная с времен Великого князя Гедимина, к объединенному белорусскому государству принадлежал Псков. В 1396-97 годах было присоединено к Литве княжество Рязанское. Аукшта, одна из двух частей сегодняшней Литвы, была присоединена к Литве еще при первом правителе, Миндове. В середине XIV века в ВКЛ вошли украинские земли, а при Альгерде границы его расширились по северным берегам Черного моря, от впадения в него Днепра до впадения Десны. В 1411 году к Литве была присоединена Жемойть (Жмудь).
В XV веке и в начале XVI ВКЛ потеряло много земель. Прежде всего, Турция завоевала берега Черного моря. Великое княжество Рязанское было зависимо от Москвы в 1483 году и полностью ликвидировано ею в 1520 году. Москва захватила земли у верхней Оки в 1503 году. В это время были потеряны Смоленщина, Брянщина и Северщина, но в начале XVII века они снова вернулись к белорусскому государству. Так было до 1667 года, когда они были потеряны в результате Андрусовского мирного договора. Во время войны с Московщиной 1558-82 годов и со шведами и Данией, после Люблинской унии, к Польше отошли: украинские земли, а также Подляшье, южная часть восточного Полесья. В 1772 году, во время первого раздела Речи Посполитой, к России отошли земли на восток от Двины, Друи и Днепра. Вторым разделом Речи Посполитой 1793 года Россия присвоила Минское воеводство, часть Виленского, Новогрудского и Брестского. В результате третьего раздела Речи Посполитой к России отошла литовская земля и часть белорусского этнографического пространства, за исключением Белосточчины, которая была присоединена к Пруссии, и кроме Белоподляского повета, присоединенного к Австрии. Белосточчину Россия переняла в 1807 году, а Белоподляский повет был присоединен к Польскому Королевству – т.н. Конгрессовке.
На страницах газеты „Бацькаўшчына” была размещена публикация о белорусско-литовских отношениях, которая была вызвана появлением в тогдашней литовской газете „Teviškas Žiburiai”, издававшейся также в эмиграции – в Канаде, статьи литовца, господина Альмуса, который решил почтить 60-летие белорусско-литовского интеллектуала Александра Ружанцова рядом публикаций, посвященных именно белорусско-литовским отношениям. (К белорусско-литовским отношениям, в: „Бацькаўшчына”, Мюнхен, №№ 39-40 (221-222), 31.10.1954, с. 2-3; № 41 (223), 7.11.1954, с. 1-2)
С этой целью он провел опрос 5 белорусов, 5 литовцев, 1 латыша и 1 эстонца. Однако среди белорусов только 2 ответили на поставленные вопросы. „Бацькаўшчына” знакомит с результатами этого опроса. Один из вопросов касался взгляда на Великое Княжество Литовское: было ли оно конфедерацией, является ли общей наследием?
Белорусские ответы были двоякими. По мнению Яна Станкевича, ВКЛ было кривичско-белорусским государством с сохраненным большим местным самоуправлением и с несколькими автономными территориями, такими как Жемойть, Полоцкая земля, Витебская земля. В связи с тем, что в ВКЛ была все время и литовская территория (до 1411 года без Жемойти), то его нужно сохранить и как наследие литовцев. Вопрос белорусской государственности ВКЛ не должен отражаться на отношениях между кривичами и литовцами, но кривичи должны считать Княжество своей страной, потому что в противном случае должны отказаться от объективного исследования своей истории – считает Ян Станкевич.
В свою очередь, доктор Г. смотрит на ВКЛ как на общую белорусско-литовскую страну, которой в первом столетии управляли литовцы, в средние – белорусы, а закончила – ополяченная белорусско-литовская шляхта.
В этом вопросе литовская теза была следующей: ВКЛ в раннем периоде XV-XVI веков было по своему характеру конфедерацией. Рожденные историей формы жизни были незащищены и всех объединял общий интерес. Позже, после унии, различия исчезли, и ВКЛ стало однородной шляхетской республикой. В этом аспекте ВКЛ является общей наследием. Но наследником титула остаются литовцы с учетом имени и центра старого государства, а также потому, что в нем были литовские руководители (там же, №№ 39-40 (221-222), 31.10.1954, с. 3).
Чтобы выяснить, как кто понимает наследие государственности Великого Княжества Литовского, Альмус поинтересовался, чья правовая система отражается в Литовском Статуте, но об этом – через неделю.