Попытки определения границ белорусского национального пространства предпринимались уже со второй половины XIX века. Эта проблематика также широко обсуждалась на страницах белорусской эмиграционной прессы, где рассматривались не только вопросы этнографических границ Беларуси, но и географических границ.
В Центральной и Восточной Европе наиболее важной и характерной национальной особенностью являлась (и, видимо, продолжает оставаться) язык, который легко поддается объективному научному утверждению. И поэтому, принимая во внимание политико-исторические обстоятельства, этнографические карты Беларуси XIX-XX веков – это в первую очередь карты распространения белорусского языка.
Этнографические границы Беларуси обсуждались на страницах таких белорусских эмиграционных изданий, как: «Бацькаўшчына», «Беларуская Думка», «Веда», «Запісы». Этим вопросом интересовались: М. Агнявіда, А. Багровіч, Р. Максимович, И. Касюк, В. Сянькевіч, Чулы Назіральнік, Licwin-Hudas-Krews, Я. Станкевич.
Размышления об этнографических границах Беларуси Рыгор Максимович закончил словами Петра Бяссонава из 1871 года: «Так Белая Русь обняла, соединила и объединила, обозначила и обособила свою землю, целый и обширный Край, от Двины до Немана и в промежлежном побережье, от границ польских в Королевстве и под Коронами до Псковских, Новгородских, Смоленских, где врезалась в Великую Русь под самый Можайск, на юг же еще дальше по течению рек, особенно Днепра, через Волынь и Черниговщину, сливаясь постепенными переливами с Малой Русью» (Р. Максимович, К делу белорусской южной этнографической границы, в: «Запісы», № 1 (5), Нью-Йорк 1954, с. 24).
Нью-йоркский журнал «Веда» разместил широкую информацию не только о этнографических границах Беларуси, но и о географических. Поскольку государственные белорусские границы безостановочно менялись, автор публикации Ян Станкевич рассмотрел их по двум периодам: периоду отдельных белорусских княжеств и периоду объединенного белорусского государства, называемого Великим княжеством Литовским или Литвой (Я. Станкевич, Этнографические и исторические территории и границы Беларуси, в: «Веда», №№ 9-10 (14-15), сентябрь-октябрь 1952, с. 257-279).
Как написал Ян Станкевич, более-менее систематически документированная история Беларуси датируется половиной IX века. В это время норманы (т.е. шведы, норвежцы) совершали нападения на белорусские княжества с целью грабежа. Попытку завоевать белорусские земли в 980 году предпринял Владимир Киевский, а затем его преемники. Войны происходили между белорусскими княжествами и украинскими, во главе которых было Великое княжество Киевское. Завершилась она победой белорусов в том смысле, что белорусские хозяйства сохранили свою самостоятельность. Это было формально-правно закреплено на съезде в северском городе Любеч в 1097 году. Кроме Великого княжества Полоцкого, которое и ранее было независимым, другие белорусские княжества были обязаны только помогать Украине в ее войнах с турко-татарскими народами.
Ян Станкевич перечислил отдельные белорусские княжества этого периода.
Великое княжество Полоцкое имело три центра: Полоцк, Витебск и Минск. Во время своего наибольшего развития Полоцкая земля охватывала на западе все белорусские земли с Вильней, Новгородом, Слонимом, Волковыском, Городней вплоть до границы с Мазовией. На юге к пространству Полоцкого княжества принадлежала часть Полесья со Слуцком и Клецком. К Полоцкому княжеству также принадлежала большая часть нынешней Латвии с городами Герцике и Кукейнас у Двины.
Великое княжество Смоленское охватывало всю Смоленщину, включая Можайск и Ржеву. Кроме того, к Смоленскому княжеству принадлежала Мстиславщина и Тарапец в Псковщине. К Смоленску тянулась и белорусская часть Тверщины – отмечает Я. Станкевич.
Великое княжество Северское охватывало Северщину, значит, позднейшую Черниговскую губернию, Курскую и часть Орловской. К нему принадлежала также южная часть Могилевщины.
Тяжелой была доля Турава-Пинского княжества. Княжество, созданное деревьями (древянами) с такими городами, как Аурич, Карастень и Малин, в очень короткое время было завоевано украинскими полянами. Чуть позже возникло древянско-дригавицкое княжество с центром в Тураве у Припяти. В 1017 году оно было ликвидировано в результате победы Ярослава Владимировича над туравским князем Святополком. И только в половине XII века, вместе с ослаблением роли Киева, было восстановлено Турава-Пинское княжество, пространством которого было Полесье.
Великое княжество Рязанское образовывало белорусское племя вятичей. Пространство его охватывало губернии: Рязанскую, часть Московской, Тульскую, Калужскую и большую часть Орловской. За исключением части вятичской земли, что на западе от верхней Оки, язык вятичей руссифицирован, но в нем сохранились только белорусские элементы, что не может вызывать сомнений в его былой белорусскости – отмечает Ян Станкевич на страницах журнала «Веда».
Великое белорусское племя кривичей создало не только Полоцкое и Смоленское княжества, но также племенно-кривическую республику Великий Псков, пространство которой было у Псковского озера. Изначально Псков принадлежал к Великому Новгороду. За освобождение Псковщины от Новгорода Великое княжество Полоцкое вело ожесточенные войны. В 1136 году Псков освободился от Новгорода и стал независимым.
Большая часть белорусов кривического племени была в Великом княжестве Тверском. Составляли они не менее трети всего населения. Кроме белорусов, жителями Тверщины были новгородцы и, возможно, суздальцы – пишет Ян Станкевич.
Великое княжество Литовское существовало с половины XIII до конца XVIII века, но об этом слушайте через неделю.