С. П. Астанкович (Крычаў)
Фелициан Сурын для современных исследователей является достаточно малознакомой личностью. Только недавно, благодаря польским историкам, удалось установить его точную биографию [5, с.25-26].
Для отечественных ученых очень важно то, что Сурын упоминает в своих письмах к М. Драгоманову одного из основателей белорусской идеи Вайнислава Савича-Заблоцкого: “Пан Хвелька Сурын та другие, а польская петербургская газета “Kraj” не раз уже писали так, как пан Ельский, и кажется, что они себя больше за белорусов, как за поляков имеют” [1, с.316]. Кстати, именно Сурын поместил в “Słowniku geograficznym królewstwa polskiego i innych krajów słowiańskich” содержательную статью “Беларусь” [4, с.193-194].
Фелициан Сурын родился на Мстиславщине в 1842 или 1843 году, детство и молодость провел в имении своего дяди Башары (Чаусский уезд). Окончил Могилевскую гимназию и поступил в Горы-Горацкий земледельческий институт. В 1863 году был среди тех студентов, которые присоединились к отряду Людвика Звяждовского. Раненый, Сурын был оставлен повстанцами в госпитале Института, представ перед следственной комиссией, которая, однако, решила, что он в восстании участия не принимал. Студент, однако, попал под полицейский надзор и был исключен из института. После этого он до начала 80-х годов жил на Крычаўщине.
Литературно-публицистическую деятельность начал еще в период перед восстанием 1863 – 1864 годов и оставил богатое наследие во многих областях [2, с.119 – 127; 6, с.140-141]. Для современных историков много интересного материала могут дать материалы его путешествий по Беларуси в 70-е годы XIX века.
Эти путешествия происходили не в одно время и, скорее, напоминали собой свободные экскурсии в самые разные местности. Поэтому описанию своих впечатлений автор не придал законченной, совершенной формы.
Всего было написано четыре “Письма из Беларуси” (1872 – 1873 гг.) и пять “Писем из путешествия по краю”, первое из которых датировано 1873 годом, последнее – 1878 годом. Все они были помещены в популярном варшавском позитивистском журнале “Tygodnik illustrowany”.
Следует отметить, что для Суры́на Беларусь выступала в двух значениях – более широком (Могилевская и Витебская губернии, восточная часть Минской, половина Смоленской и часть Черниговской) и более узком (Могилевская губерния и восточная часть Витебской). Остальная часть края называется “Литвой”, отмечается, что Западная Минщина и Гродненщина когда-то представляли собой “Черную Русь” [4, с.193-194]. Отдельным регионом выделено Подляшье.
Во время путешествий Сурын посетил десятки разнообразных мест, оставив их живописные описания. Вот, например, Минск: “город сам старый, грязный, с узкими улицами, домами высокими и мрачными, имеет, однако, несколько богатых зданий” [8, с.229].
Больше эмоций вызвала Вильня: “слово магнитной силы для стольких сердец, которые свое имя на века связали с названием этого города, колыбель нашего романтизма, alma**mater Адама…”[12, с.379]. Подробно описаны также Гродно, Витебск, Полоцк, Белосток и другие.
С сожалением отмечает путешественник, что “товарищеская жизнь почти не существует в Вильне. Перестала она быть очагом интеллектуальной жизни провинции, хотя перед последними временами гордилась столькими личностями первой значимости в литературе. Балинский, Малино́вский, Ходько, Одинец, Сыракомля, Евстах Тышкевич и много других жили или часто гостили в Вильне. Сегодня почти нет здесь людей, которые пишут. Также и книжная торговля, такая оживленная недавно, сегодня притихла” [12, с.379].
Не обойден в этих путешествиях и многонациональный характер того времени Беларуси: “Минск, может больше еще, чем Могилев, есть еврейским городом; в руках евреев находятся самые прибыльные ремесла и вся торговля. Христиане заселяют окраины города, занимаясь сельским хозяйством и наименее прибыльными ремеслами. Есть, также, и горстка татар, которые, как и повсюду, занимаются кожевенным делом” [8, с.229].
Сурын делает разнообразные замечания, касающиеся языковой ситуации в различных частях края: “таким образом сегодня в местностях, которые я посетил на Ошмянщине, царит среди народа язык, очень отличающийся от того, на котором у нас, в окрестностях Могилева, говорят; имеет в себе целые пласты польские (całeokresypolskie) и множество отдельных литовских выражений. Эта подмова (narzecze) ошмянских деревень представляет собой переход от белорусского языка к польскому. Также польщизну, которая царит в имениях и городах, повсюду хорошо понимают в местных деревнях”[11, с.61].
Описывая Ошмянщину, Ф. Сурын отмечает, что окрестности Жупран, Барун, Крева и Гальшаны когда-то принадлежали балтам, а позже были колонизированы славянами. В связи с этим литовский язык постепенно вытеснялся языком русинов.
В то же время, следует отметить, что его характеристика белорушчины не очень отличается от довольно распространенных оценок современников: “Это также язык славяно-кривичей, который до сих пор живет в устах народа, так долго употребляемый в судах, язык, на котором составлен первый Статут, и на котором написал свое полемическое произведение Мелетий Смотрицкий, она не имеет следов никакой обработки и совершенно неизвестно, чтобы она была органом и отражением мысли образованных людей. Больше всего ей не хватает абстрактных понятий, названий элегантных, утонченных вещей, и как Смотрицкий, так и составители статутов все эти названия и понятия передавали польскими выражениями и целыми фразами” [9, с.243].
Определенное внимание уделяется автором разнообразным хозяйственным вопросам жизни края: “качество земли в Игуменском уезде такое же невысокое, как и в Борисовском. Но обработка более старательная, чем наша белорусская, потому что и литовская соха приспособление более практичное, глубже выполняет вспашку” [8, с.229]. В Черыковском уезде состояние хозяйства: “…достойно плача, как в больших, так и в малых имениях. Отсутствие капиталов и погрязание в рутине мешают улучшениям, трехпольная система самовластно царит и ей благодарим за то, что доходы с имений упали почти до нуля. Сегодня спасаемся продажей лесов, но и он, организованный по-старому, недолго будет нас спасать. Про фабричную промышленность не стоит и говорить; все должны завозить…А что можем отдать взамен?.. лес и пень” [7, с.154].
Во время путешествий Сурын сталкивался с множеством людей, про некоторые встречи отметил отдельно. Например: “Сегодня, выходя из фары с одним жителем Гродно, мы наткнулись на паню Ажешку. Как раз был под впечатлением от ее нового рассказа “Эли Маковер”, поэтому встреча с авторкой была для меня полным значением событием” [10, с.34].
Из “Писем” видно, что их автор очень неплохо ориентировался в литературе по белорусской тематике, читал и очерк Василия Турчиновича, и произведения А. Рыпинского, Я. Баршчевского, В. Дунина-Марцинкевича и др. [4, с.193-194]
Таким образом, Сурын достаточно подробно и интересно описывает различные стороны жизни того времени белорусского края.
Вместе с тем, стоит отметить то, что иногда нужно критически подходить к сообщениям автора, так как оценки носят очень личный характер. К тому же, видно, что в некоторых вопросах срабатывает самцензура – автор не мог открыто написать, например, про причины того же упадка интеллектуальной жизни Вильни после 1863 года.
Таким образом, “Письма из путешествия по краю” Фелициана Суры́на являются достаточно интересным историческим источником, который помогает современному исследователю увидеть Беларусь 70-х годов XIX века глазами католического шляхтича и является важным в изучении мировоззрения этой части тогдашнего белорусского общества.
Список источников и литературы
- Белорусская литература XIX века: хрестоматия. Учеб. пособ. для студентов фил. спец. ВУЗов. Минск, 1988.
- Литвинович А. Фелициан Сурын как исследователь традиционной культуры и быта белорусов // Книга, библиотечное дело и библиография Беларуси. Минск, 1993.
- Литвинович А. Сурын Фелициан // Энциклопедия истории Беларуси. В 6 т. Т. 6. Кн. 2. Минск, 2003.
- F. S. [Suryn Felicjan]. Беларусь // Słownik geograficzny królewstwa polskiego i innych krajów słowiańskich. В 15 т. Т. I. Варшава, 1880.
- Kukuć D. Suryn Felicjan // Polski słownik biograficzny. Tom XLVI / 1. Zeszyt 188. Варшава – Краков, 2009.
- Olechnowicz M. Поляки исследователи фольклора и языка белорусского в XIX веке. Лодзь, 1986.
- Suryn F. Письма из Беларуси. Письмо II. Уезд Черыковский // Tygodnik illustrowany, 1872. Т. X, Серия 2, № 248.
- Suryn F. Письма из путешествия по краю. Письмо I // Tygodnik illustrowany. 1873. Т. 12. Серия 2. № 306.
- Suryn F. Письма из путешествия по краю. Письмо II. Беларусь надднепрянская. – Лифляндия // Tygodnik illustrowany, 1874. Т. 13, Серия 2, № 329.
- Suryn F. Письма из путешествия по краю. Письмо IV. Гродно – Белосток. Tygodnik illustrowany, 1877. Т. IV, Серия 3, № 82.
- Suryn F. Письма из путешествия по краю. Письмо V. Жупраны – Боруны – Крево и Гальшаны // Tygodnik illustrowany, 1878. Т. V, Серия 3, № 135.
- Suryn Felicjan. Письма из путешествия по краю. Письмо III // Tygodnik illustrowany. 1876. Т. 2. Серия 3. № 50.