Всем известно, как белорусы отстают от своих соседей в вопросах защиты родного языка, сохранения историко-культурного наследия и национальной идентичности. Белорусы чрезвычайно осторожны, ибо иначе нам нельзя: каждый раз поднимая языковой или территориально-этнографический вопрос, мы думаем о возможных последствиях.
В «Нашым Слове» от 19 мая 2010 г. размещен ответ профессора Ивана Лепешава господину Сергею Артюху, который с возмущением писал о необходимости белорусского образования на Смоленщине, Брянщине и Псковщине. С выводами профессора Лепешава трудно не согласиться: русифицированное население вряд ли одобрит насильственную или добровольную «белорусизацию», которая и в Беларуси мало кому нужна. Массовое белорусское движение на Смоленщине, Брянщине и Псковщине не существует и, пожалуй, никогда там не возникнет, хотя еще долго местные жители будут ощущать свое отличие от великорусов, а некоторые из них, может быть, осознают себя белорусами. О том, как сохраняется белорусское самосознание Смоленщины, чем живет белорусское культурно-просветительское движение западных частей России, мы решили узнать у тверского белоруса Алексея Веремовского, одного из создателей интернет-страницы «Беларуская Смоленщина».
Алексей, расскажите, пожалуйста, как вы стали белорусом? Откуда такая тяга к корням?
Белорусом я стал 29 июля 1978 года, когда родился в семье выходцев с Белорусской Смоленщины. Мои родители приехали в Тверь из Краснинского района Смоленской области, поэтому в детстве я проводил на Смоленщине почти каждое лето. Хотя я тогда еще мало что понимал, но внешность и говор моих земляков подсказывали мне, что по происхождению я являюсь белорусом. К тому же увлечение историей сыграло свою роль. Дед мне много рассказывал о кривичской старине, а также о Великом княжестве Литовском. Тогда об этом информации не было совсем!
Дед однажды рассказывал и такое: в 30-е деревенские дети пели такую припевку:
Пусть дождик идет
По дороге скользко
Убегай буржуй Деникин
Уже Ленин близко
Учитель услышал и сказал: «Что это за дрянной язык? Вы русские ребята, говорите по-русски». Какие уж там белорусские школы! Политика понятная — погасить зародыши белорусского сепаратизма. Уничтожение деревни коллективизацией и индустриализацией тут тоже сыграло свою роль. Многочисленные белорусские смоляне раскиданы по бескрайним просторам России и о своем белорусском происхождении редко вспоминают.
Много ли сознательных белорусов вы знаете в Твери и на Смоленщине?
Таких людей мало: главным образом это люди с высшим образованием, интересующиеся историей. Сельский житель чаще назовет себя русским или кривичом, чем белорусом. Это явление, может быть, существует также из-за того, что у смоленских белорусов к своим западным соседям существует негативный стереотип — белорусы считаются людьми вредными и грубыми. С другой стороны, в России отсутствует объективная информация о белорусах и Беларуси.
Как местная молодежь относится к своим белорусским корням?
Тверская в большинстве своем ничего о них не знает, но на Смоленщине молодежь более осведомлена в этом вопросе. Тут явно ощущается близость границы.
Что из себя представляют местные белорусские организации?
О Смоленщине сказать я не могу, но вот в Твери в прошлом году была зарегистрирована белорусская национально-культурная автономия. Кстати, руководитель Оленинского района, где еще живут потомки тверских белорусов-тудовлян, Олег Дубов установил побратимские связи со Шкловским районом. Даже было заявлено о необходимости преподавания белорусского языка в местных учебных заведениях.
Однако представления о белорусской культуре и истории у некоторых членов нашей автономии какие-то совсем дикие. Один считает Короткевича «польским писателем», другой думает, что бульбаши — от Тараса Бульбы, третий думает, что до 1917 года на территории Беларуси было сплошное болото, а потом приехали комсомольцы и построили города. Хотя это умные и образованные люди, которые в Беларусь часто ездят.
В 90-е годы у нас на базе одной из воскресных школ был также белорусский курс. Теперь, к великому сожалению, его нет.
Содержат ли программы средних школ и университетов материалы о белорусском прошлом? Кто-нибудь из ученых занимается белорусской проблематикой?
В Твери такого нет, а на Смоленщине, я знаю, какая-то работа ведется.
Как российская общественность, научные круги относятся к белорусам и нашему национальному проекту?
О каком-то едином мнении говорить сложно. Все, опять же, зависит от конкретного человека, его взглядов и убеждений. Национал-патриоты отрицают само существование белорусского народа, национал-демократы, наоборот, приветствуют белорусские проекты, коммунисты и пенсионеры любят Беларусь за красный флаг и социализм. Либералы Беларусь за это ненавидят. Вообще у русского человека давно сложилось представление о белорусах как отсталых сельских жителях. Когда я был в туристической поездке по Беларуси, у многих россиян, которые ехали со мной, был просто шок. Одна женщина сказала экскурсоводу: «Я не могу поверить, ведь раньше я думала, что у вас одни деревни, а тут европейская страна, европейская культура, архитектура как во Франции».
Расскажите, пожалуйста, о белорусах-тудовлянах. Сохраняют ли они до сих пор свою белорусскость?
Охотно. Тудовляне — это такая этнографическая группа белорусов на западе бывшего Ржевского уезда Тверской губернии. В узком смысле — жители старинных волостей Старый Туд, Молодой Туд и Туд-Сковоратынь по обе стороны одноименной реки, правого притока Волги. В широком же смысле название «тудовляне» употреблялось этнографами XIX века для обозначения всего белорусскоязычного населения Верхней Волги. В VII–IX веках этот регион, известный из «Повести минувших лет» как Оковский лес, был заселен смоленскими кривичами, в XIII–XIV веках входил в состав Торопецкого и Ржевского княжеств. С первой трети XIV века тут проходила граница Великого княжества Литовского с Московским и Тверским княжествами, были построены «грады литовские: Селук, Осенеч, Горышин, Богатая, Сижка, Туд», которые часто переходили из рук в руки.
Тудовляне окончательно остались за пределами Великого княжества Литовского после уточнения границы по Поляновскому миру 1634 года, но в результате относительной изолированности края долгое время сохраняли выразительные белорусские черты: язык, обряды («бабина каша» и другие), игры («королле», «просо»). Отличались они от соседнего русского населения характерной верхней одеждой из белого домотканого полотна, откуда и пошло прозвище «белокафтанщина». Употреблялись и другие прозвища — «Польша», «шапляки» (поскольку белорусские звуки «дз», «ц», мягкое «с» казались русскому населению шепелявыми). У тудовлян не существовало никаких самоназваний, хотя они и осознавали свое отличие от собственно россиян.
В 1903 году тудовлян изучал известный белорусский этнограф Евфимий Карский, который определил их количество в 45 тысяч, в 1925–1926 годах они детально исследовались Н. Грынковой. В XX веке различия между тудовлянами и местным русским населением практически стерлись, хотя отдельные языковые и иные черты, свойственные белорусам, отмечались ржевским краеведом И. Вишняковым еще в середине 1960-х годов.
Недавно вышла интересная книга тверского краеведа Юрия Смирнова «В краю тудовлян». Всем рекомендую. О будущем теперь судить сложно, но студентом я бывал в тех местах в археологической экспедиции, и скажу, что белорусский говор местных жителей до сих пор сохранился.
Налажены ли какие-нибудь связи между местными жителями и Беларусью?
Многочисленные мои знакомые белорусы регулярно ездят на родину, привозят интересную литературу, так что понемногу белорусское просвещение идет.
В таком случае, какие представители массовой культуры популярны среди местных белорусов?
Из музыки у старшего поколения в почете «Песняры», «Сябры», «Верасы», среди же молодежи известны «Ляпис Трубецкой», «Стары Ольса», «Кривокрыж». В DVD-салонах встречаются экранизации Короткевича, «Оккупация», «Анастасия Слуцкая», в книжных магазинах можно купить собрания сочинений Василя Быкова — самый популярный белорусский писатель у россиян. Современные белорусские авторы в России практически неизвестны.
О белорусском кинематографе хотелось бы отдельно несколько слов сказать. По моему мнению, ему всегда не хватало романтической жилки. Меня как-то одна дама из московских кинематографических кругов спрашивает:
-
Алексей, у белорусов были свои мушкетеры?
-
Были, — отвечаю я, — и гусары, и уланы, и полоцкие мушкетеры, которые помогли Суворову Измаил взять, а минские мушкетеры, которые в Бородинском сражении отличились.
-
Почему же в Беларуси нет своих шедевров на тему «плаща и шпаги»: у румын есть, у россиян, даже у латышей с эстонцами, а у белорусов нет?
Я тогда подумал: и правда, почему у белорусов почти нет ярких исторических фильмов. Ведь никакой коммунистический режим не мешал полякам и румынам в свое время снимать красивые картины исторической тематики. Проигрывает Беларусь на пропагандистском фронте.
Расскажите, пожалуйста, о Твери. Чем живет город и деревня?
Когда-то столица могучего Тверского княжества, соперника Княжества Московского и Новгородской республики, Тверь сегодня — небольшой городок между двумя российскими столицами. Кстати, белорусы могут увидеть портрет последнего тверского князя Михаила Борисовича в Национальном музее искусств. После падения Твери он ушел в Великое княжество Литовское. Но что интересно, портрет был найден в Несвижском замке князем Радзивиллом при помощи основателя тверского музея Августа Казимировича Жизневского (1819–1896), потомка белорусского шляхетского рода Белыня-Жизневских. В истории Тверского края оставили след многочисленные деятели белорусского происхождения: боярин Юрий Лазынич, прародитель рода Бороздиных, поэт-декабрист Федор Николаевич Глинка, герой русско-турецкой войны 1877–78 годов Иосиф Владимирович Ромейка-Гурко.
В 2003 году на выборах губернатора свою кандидатуру выдвинул председатель комитета госзаказа белорус Александр Валерьянович Анжиновский. Что касается политики, то на последних выборах коммунисты у нас отлично потеснили партию власти. По моим наблюдениям, население тут консервативное, во время революции поддерживали царя, во времена антикоммунистические — коммунистов. Как, отмечу, и на Смоленщине с Брянщиной. С другой стороны, это и неудивительно. Производство в кризисе, деревня вымирает, преступность растет. Много раз доводилось слышать: «А вот у Лукашенко там порядок, там настоящий социализм!». Только вот почему белорусы на заработки в Россию приезжают? Этот вопрос люди себе не задают. Правда, троллейбусный парк Твери собирались обновить белорусскими троллейбусами. Так что у Твери и Беларуси давние тесные связи. Ну что ж, будем развивать и укреплять!
Говоря честно, я очень удивлен, что смоляне-белорусы еще не вывелись!
А что нам сделается! Холеру пережили, войну переждали.
«Наша Слова», № 27(970), 7 июля 2010 г.